Туркестан – 1916: интерпретации без провокаций

13553150_1104001453008174_1532748763_nТрагические события в Туркестане 1916 года не должны негативным образом влиять на динамику современных отношений между Россией и государствами Центральной Азии. Эта тема должна получить новое звучание и новое освещение, основанное на объективных исследованиях архивных документов, с тем, чтобы извлеченный из исторического прошлого опыт лег в основу формирования позитивного курса взаимодействия братских народов. К такому концептуальному выводу пришли участники вебинара по теме «Исторические события 1916 года: новые оценки и интерпретации», состоявшегося по инициативе Информационно-аналитического центра «Евразия-Поволжье».

В преддверии 100-летнего юбилея трагических событий в Туркестане, вошедших в историю как восстание 1916 года, заметно активизировался научный и околонаучный дискурс вокруг этого, безусловно, одного из самых интересных и одновременно пока еще недостаточно изученного эпизода истории Российской Империи.
Тема восстания в Туркестане в различных ее аспектах практически ежедневно фигурирует в повестке дня различных диалоговых площадок. Ученые-историки, а также представители экспертного сообщества вновь и вновь предпринимают попытки в конструктивном диалоге дать объективные оценки событиям вековой давности, которые, что очевидно, весьма актуальны и в контексте развития современных социально-политических процессов.
Одна из таких попыток была предпринята вчера по инициативе саратовского Информационно-аналитического центра «Евразия-Поволжье», которую поддержали также саратовское Военно-историческое общество ИИМО «Полигон» и киргизский Аналитический ресурс «Деловая Евразия».
В режиме видео-моста между Саратовом и Бишкеком коллеги-эксперты из двух государств рассмотрели актуальную тему в различных аспектах, проанализировали причины ее политизации в современных реалиях.
К слову, тенденция политизации темы восстания в Туркестане 1916 года достаточно явно прослеживается в последнее время в информационном поле государств Центральной Азии.
О складывающейся ситуации в этой сфере в Кыргызстане подробно рассказал главный редактор аналитического центра «Деловая Евразия» Павел Столяренко – Громский.13557729_1045161288866589_4864735758819210861_n
Анализируя наиболее важные моменты в современных оценках событий 1916 года, он подчеркнул, что в кыргызском научном дискурсе тема зачастую подается как трагедия одного этноса (кыргызов) и одной территории (Кыргызстана), несмотря на то, что она затронула народы, проживающие на современных территориях Таджикистана, Узбекистана и Казахстана.
— В прошлом году президент Кыргызстана подписал ряд документов, приуроченных к столетию событий, и республика в настоящее время проводит свои мероприятия и предпринимает попытку дать свою оценку этим событиям, — отметил эксперт.
По его словам, в этих оценках превалируют потенциально конфликтогенные идеологические доминанты. Одна из них – навязывание мысли о признании агрессии со стороны России. Эта позиция ложится на благодатную почву в кругу тех исследователей, которые практически настроены на то, чтобы дестабилизировать отношения современного Кыргызстана и современной России.
Логичным продолжением темы является и вопрос выплаты контрибуций. А это уже «попахивает» неким шантажом в современных реалиях.
Другая доминанта – побудительные обоснования внедрить в исследовательский процесс термин «геноцид». Этот момент также активно эксплуатируют политические силы, явно ориентированные на то, чтобы испортить отношения между двумя государствами.
При этом тот факт, что Российская Федерация является правопреемницей СССР, а вовсе не царской Российской Империи апологетами указанных выше подходов в расчет не берется и не учитывается.
Комментируя подобного рода «научные» тренды, директор ИАЦ «Евразия – Поволжье» Марина Лапенко сделала убедительную ремарку:
— Сейчас не просто идет политизация термина «геноцид», но девальвация этого термина и на международном уровне и в различных конфликтах. Геноцид имеет четкое определение, и это зафиксировано в международном праве, по количеству жертв, по интенсивности и целенаправленности действий. Поэтому, конечно, использование этого термина преследует явно политические цели для создания негативного фактора во взаимоотношениях между Россией и Кыргызстаном, — уверена М. Лапенко.
13507172_1103245413083778_5555170256814391437_nПо мнению главы Евразийского аАналитического клуба, эксперта Российского совета по международным делам (РСМД) Никиты Мендковича, подобные «искажения» реальности обусловлены тем, что в настоящий момент, на уровне информационной политики в Кыргызстане события 1916 года рассматриваются в отрыве от общего исторического контекста.
В связи с этим эксперт напомнил, что в историографии советского периода под восстанием 1916 года понимается комплекс народных выступлений на территории Центральной Азии, вызванный указом 1916 года о призыве местных жителей из числа мусульман на тыловые работы. Учитывая, что ранее такой призыв не практиковался,указ Николая II вызвал массовые протесты со стороны местного населения. Ситуация осложнялась тем, что вокруг документа было много слухов, которые, в том числе, распускались злонамеренно с целью дискредитации правительства царской России.
Однако в 1916 году выступления разного масштаба и характера произошли на территории практически всех пяти современных республик Центральной Азии.
Тем не менее, Кыргызстан сосредотачивается в основном на восстании именно кыргызского населения против царской власти.
Современная парадигма такого восприятия основана на следующем комплексе моментов.
Во-первых, восстание было всенародным, что, в принципе, соответствует исторической действительности.
Во-вторых, оно якобы спровоцировало жестокое подавление со стороны царских властей. Но это уже спорный тезис, построенный на «педалировании» некоторых инцидентов, которые имели место в ходе событий.
— Это относится, в частности, к событиям в Беловодске, связанным с деятельностью местных отрядов самообороны из числа русских поселенцев. После зверского убийства в окрестностях села, они самолично произвели массовые аресты жителей кыргызских сел, из которых несколько сотен пленных было убито при попытке к бегству. Тем не менее, подобные инциденты рассматриваются как проявление жестокости со стороны царских властей, — отмечает Н. Мендкович.
По его словам, «фигурой умолчания» является и проблема преступлений восставших против представителей некоренного населения. Имеются документальные свидетельства нападений повстанцев на дунган, сартов, на русских переселенцев, а также массовых поджогов и убийств.
И, наконец, третий момент– проблема Уркуна – исхода участников восстания после его подавления. Этот этап связан с массовой гибелью людей, пытавшихся перейти горные перевалы в процессе бегства из Туркестана. Многие умерли уже на территории Китая, где повстанцы оказались в условиях крайней нищеты.
Достоверность этих трагических событий не вызывают сомнений, но возникают проблемы с их оценкой. И здесь четко просматривается тренд антироссийских трактовок, возникших после обретения Кыргызстаном независимости.
Но, по мнению экспертов, такой чрезмерно «субъективный» подход не может оправдываться отсутствием или недоступностью источников.
— Росархив опубликовал нынешней весной большую коллекцию оцифрованных документов, известную как «Коллекция Семиречья». Там находится несколько сотен документов, которые имеют отношение к восстанию. Некоторые из них уникальны и очень ценны, — говорит Н.Мендкович. — Кроме того, есть второй корпус источников, проблема работы с которыми связана не с их засекреченностью, а с тем, что кыргызские и российские коллеги редко ездят в Казахстан и Узбекистан.
По словам эксперта, в бывших союзных республиках сосредоточен массив документальных свидетельств событий на уровне волостей и уездов, что представляется бесценным материалом в исследовании темы.
Немаловажным дополнением к первоисточникам служат также воспоминания очевидцев, опубликованные и записанные еще в советское время, а также устные рассказы участников событий, изложенные их потомками.
— Это «золотое дно»! Да, подобные источники неточные и эмоциональные, но зачастую они содержат уникальные данные. Их нужно добывать, перепроверять, анализировать, — считает Н. Мендкович.
В процессе дискуссии ее участники неоднократно отмечали, что накануне столетия событий тема восстания и проблема Уркуна особенно активно эксплуатируется в политическом разрезе. Во многом это обусловлено отсутствием разумной исторической альтернативы и «провалом» советского периода.
В то время восстание 1916 года пытались интерпретировать исключительно в контексте национально-освободительной борьбы без анализа местной социальной специфики. В том числе, без учета того, что местная беднота была использована представителями национальной элиты в собственных интересах – указ о мобилизации разрушал их монополию на использование дармовой рабочей силы. Таким образом, восстание во многом было намеренно спровоцировано усилиями местных старшин.
— В настоящее время есть заинтересованность всех сторон в объективных исследованиях, и мы надеемся, что политиканы будут меньше вмешиваться в этот процесс. Говоря от имени историков и от имени народа, они зачастую продвигают провокационные вещи. Я надеюсь, эти неприятные явления исчезнут, и мы вернемся к разумному, взвешенному изучению этого, безусловно, интереснейшего исторического периода, может быть, в чем-то незаслуженно забытого, — резюмировал Н. Мендкович.
С коллегой согласен научный консультант Военно-исторического общества ИИМО «Полигон»Денис Креленко. Он обратил особое внимание на то, что «неразумное» оперирование терминами и фактами – палка о двух концах.
— Термины «геноцид» и «агрессия» уже активно используются СМИ без всякого правового обеспечения, надуманно, с опорой на цифры, которые являются фантастическими в сравнении с официальной статистикой. При этом эксцессы прописываются как неадекватно масштабные действия Российской Империи. Если эта тема и далее будет активно педалироваться в медиа государств Центральной Азии, то у российской стороны включатся свои «перегибы». Некоторые сайты вполне умеренно-патриотической российской молодежи уже довольно открыто ведут речь об этнических чистках, которые осуществлялись тогда в Туркестане. Но этот путь видится мне конфронтационным. Нам нужно совместно, выработав общие методики работы и разделив на секторы сферы исследования, определиться с цифрами и со всеми «виновными». С Российской Империи никто ответственности не снимает. Но нужно выявить, каков был вклад местной элиты в провоцирование событий. И мы, очевидно, придем к выводу, что русские чиновники были ленивы и безграмотны, а местные старшины оказались не «на высоте» в плане коррумпированности и злонамеренности.
Таким образом, ответственность будет разделена. Но главное, мы выбьем почву из-под ног «доброжелателей», пытающихся вмешаться в отношения народов, неизбежно близких по уровню цивилизационного развития, — считает эксперт.
Участники дискуссии сошлись во мнении, что работы в исследовании темы предстоит немало. И к ней активнее нужно подключать представителей нового поколения, молодых ученых, студентов-историков и международников из вузов российских городов, а также учебных заведений государств Центральной Азии.
О том, как координируется процесс преемственности поколений в сфере научных изысканий, рассказал заместитель директора ИИМО Виталий Цыплин. На опыте изучения событий Первой мировой войны в Саратовской губернии он также проиллюстрировал работу Военно-исторического Клуба «Полигон».
В ходе выступления было отмечено, что для более детального рассмотрения студентам следует предлагать тему политики советского периода по отношению к переселенцам, меры, предпринимаемые в 20-е годы прошлого века по их возвращению на историческую родину.
Подводя итоги дискуссии, Марина Лапенко отметила, что в настоящее время ученые России и государств Центральной Азии подошли к этапу формирования «обновленной» историографии рассматриваемой проблематики. На передний план выходит совместная работа с архивными документами, а также со свидетельствами устной истории, в которых обнаруживается немало примеров того, как кыргызы и славяне помогали друг другу избежать трагических событий.
В целом было отмечено, что тема событий 1916 года чрезвычайно важна и для России, и для Кыргызстана, и для других государств Центральной Азии. И не только в процессе осмысления общего исторического прошлого, но для выстраивания отношений на современном этапе, для формирования некой «евразийской идентичности», если принимать во внимание перспективы развития Евразийского экономического союза.
Эта тема должна получить новое звучание и новое наполнение, базирующиеся на глубоких научных исследованиях, что послужит формированию конструктивного фундамента развития межгосударственных отношений на современном этапе и в будущем.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники