Информационная война требует совершенствования медийных инструментов

Информационная война требует совершенствования медийных инструментов

К такому выводу пришли участники международного круглого стола «Информационные войны в современном мире. Роль СМИ и формирование самостоятельной позиции журналиста», который состоялся 30 мая в Астане. Организаторами мероприятия выступили Евразийский Национальный Университет им. Л.Н. Гумилева и Экспертный клуб «Урал-Евразия».

gevorg-mirzayan_2На встрече присутствовали практикующие журналисты из стран СНГ, которые со своей профессиональной точки зрения отметили отход от правил традиционной журналистской этики в деятельности прежде эталонных СМИ – BBC и NBC. Так, по словам доцента департамента политологии Финансового университета при правительстве РФ Геворга Мирзаяна, «освещение этими каналами недавних событий — и «дела Скрипалей», и «химатаки» в сирийской Думе, – было далеко от стандартов проверки поступающей информации. И в том, и в другом случае были использованы аргументы без какого-либо фактического подтверждения».

В то же время, отметил директор Информационно-аналитического центра «Институт евразийской политики» Максим Крамаренко, Россия научилась отвечать на подобные атаки.

maxim-kramarenko- В России создан механизм, который эффективно вскрывает информационные вбросы со стороны западных СМИ; журналистам из стран Центральной Азии здесь есть, чему поучиться. Так, канал «Russia Today», который вещает на зарубежную аудиторию, оперативно выступил с разоблачительными материалами по обоим поводам. И в этом одна из причин нарастающего давления на канал в ряде зарубежных стран. Однако при этом российские СМИ — в силу своей моральности — не скатываются до уровня зарубежных коллег.

И, как согласились все присутствующие – это правильная позиция.

- Ведь главное — видеть конечную цель войны, задачей которой не является абсолютное уничтожение противника. Нужно понимать, что нам предстоит сосуществовать с этими людьми  в будущем, — подытожил Г. Мирзаян.

При этом участники круглого стола отметили множество перспектив для развития информационной деятельности на евразийском пространстве. Так, например, России необходимо формировать свою повестку, зачастую отказываясь от навязанных, «модных» конфликтных информационных поводов, в пользу более позитивной программы, например — интеграции со странами Центральной Азии, которая имеет гораздо большее значение для российского общества.

- К сожалению, коммерциализация СМИ, не только России, но и постсоветских стран заставляет их поддерживать информационно горячие поводы в угоду сложившимся массовым стереотипам. Более того, за этим трендом следует и соответствующая экспертиза, представленная в масс-медиа; особенно это заметно на телевидении. В спикерах начинает цениться не эрудиция и знания, а эпатажность, харизматичность и радикализм взглядов, отчего снижается аналитическая составляющая экспертиз, — сказал Г. Мирзаян.

По словам эксперта, современное телевидение все больше забывает свою образовательную миссию: кроме развлечения и информирования раньше телевидение решало просветительские задачи, что сегодня ушло на второй план. Эта тенденция совпадает с запросами общества, культурный уровень которого также значительно снизился.

Эксперты дали следующие рекомендации по решению сложившейся ситуации.

Во-первых, нашим государствам необходимо предпринять шаги по уменьшению коммерческого влияния на сетку телевизионного вещания и усилить идеологическое воздействие на содержание выпускаемого контента.

Вторая важная задача – увеличить количество и качество аналитического инструментария при подготовке журналистов в вузах. Также, нужно помогать уже работающим журналистам повышать свою квалификацию, в том числе с использованием возможностей некоммерческого сектора.

Кроме того, российскому вещанию необходимо диверсифицировать информационную политику по отношению к соседним странам, которые сегодня фактически отсутствуют в повестке российского телевидения. Здесь, как отметила ведущий научный сотрудник Института экономики РАН Аза Мигранян, позитивным примером является телеканал «Мир», обладающий большим потенциалом.

Пресс-центр ЭК «Урал-Евразия» из г. Астаны

 

 

 

Казахстан-2018: «Брюссельское вече» – предтеча?

23755006_2000353100254040_2318493759046865457_n-e1512388085639Казахстан-2018: «Брюссельское вече» – предтеча?
Форум «Жана Казахстан» – «самоорганизовавшееся» в Брюсселе под крылом «политического эмигранта» Акежана Кажегельдина объединение «конструктивной оппозиции» РК – ознаменовал начало своей деятельности меморандумом «О признании геноцида казахов». Изменит ли появление новой политической силы внутриполитический ландшафт Казахстана? Как повлияет этот фактор на развитие отношений Казахстана и России, на процесс евразийской интеграции? На вопросы «IQ» ответил казахстанский политический аналитик, советник секретаря Центрального Комитета Коммунистической Народной партии Казахстана по политическим вопросам, главный редактор информационно-аналитического портала «Резонанс.кз» Султанбек СУЛТАНГАЛИЕВ:

- На политическом поле Казахстана появилась новая сила, Султанбек? Можно ли считать объединение «конструктивной оппозиции», к которой причисляют себя участники Форума «Жана Казахстан», результатом осуществляемой в республике общественно-политической модернизации?

- Общественно-политическая модернизация Казахстана происходит в двух плоскостях. Официальный курс – те мероприятия, которые во многом проводятся государственными органами, и это заметно по изменившимся отношениям общества и власти. Они стали более открытыми, государственные органы более охотно идут на сотрудничество с общественными организациями, экспертным сообществом, взаимодействуют с населением через социальные сети, зачастую оперативно реагируя на жалобы граждан.

Одновременно существует и другая, менее заметная для рядового гражданина сфера общественной жизни, которая, тем не менее, существенно влияет на формирование контента информационного пространства и, в частности, достаточно зримо проявляется в освещении двусторонних казахстанско-российских отношений, налагает определенный оттенок на отношения наших государств в формате ЕАЭС.

В этом контексте создание Форума «Жана Казахстан» закономерно наводит на размышления о том, как этот фактор отразится на внутриполитической ситуации в республике. Ведь направленность данного объединения не является секретом – ядро Форума составили известные общественные деятели, эксперты – апологеты национал-патриотических и либеральных идей: Айдос Сарым, Дос Кушим, Расул Жумалы, Серикжан Мамбеталин, Амиржан Косанов.

Не удивительно и то, что первым документом, который был озвучен этими деятелями, стал Меморандум «О признании геноцида казахского народа» – заявление, которое имеет четкий политический подтекст: несмотря на то, что напрямую в нем обвинения адресуются коммунистическому режиму, в контексте безальтернативно указывается истинный виновник – Россия и русские. Это явно прослеживается. В общем, все лепится по известным уже лекалам.

- Да, синдром дежавю присутствует. Невольные аналогии возникают с теми примерами не триумфального шествия «революций», которые реализуются в ряде постсоветских государств, в частности на Украине. Усугубляет ощущение и тот факт, что «колыбель» нового объединения – Брюссель…

- Я понял посыл. Безусловно, аналогии возникают, потому что казахстанские националисты базируются на той же основе, что и националисты Украины. Отсюда и «эксплуатация» одних и тех же идеологем, одного и того же исторического материала – Голодомор, геноцид, репрессии…

Однако нельзя переносить пример Украины автоматически на все остальные государства. Это неуместно, в частности, для Казахстана, где есть нюансы и особенности.

Первая – у нас очень низка активность международных неправительственных организаций, которые, как правило, спонсируют подобную деятельность. В республике нет сильных иностранных НПО, которые определяли бы общественное мнение и находясь, как на игле, на американских грантах, целенаправленно проводили бы за «умеренную плату» антироссийскую пропаганду.

Этого нет, но есть другое. Не секрет, что те или иные телодвижения на партийном и политическом поле Казахстана, тем более такие громкие проекты, как создание новой политической партии, не могут происходить без влияния определенных элитных группировок.

Это хотелось бы подчеркнуть особо: будучи сторонником Евразийского экономического союза и укрепления интеграционных связей с Россией, я считаю, что наблюдаемые тенденции есть отражение определенных настроений антироссийского характера в некоторых группировках во властной элите. Поэтому именно внутренние процессы уже в краткосрочной перспективе будут во многом определять общественное мнение в Казахстане и характер его взаимоотношений со странами Евразийского экономического союза. Также в недалеком будущем это может оказать серьезное влияние на внешнеполитические дискурсы Казахстана в мировой политике.

Поэтому появление акторов подобных «Жана Казахстан» необходимо иметь в виду при прогнозировании векторов развития будущих политических процессов в Казахстане.

Второй отличительный момент – в республике достаточно велик удельный вес людей, ориентированных на идеи пантюркизма. Особенно ярко эта тенденция проявилась в 90-е годы, сейчас она ушла на второй-третий план, но это не означает, что она не «воскреснет». Носители этой идеи живы, активно продвигаются в общественно-политической сфере, в СМИ, также поддерживаются определенными элитами, ориентированными никак не на Россию.

Таким образом, в условиях ожидания транзита власти в той самой элите складывается достаточно нервозная обстановка. И совершенно непонятно, каким будет вектор дальнейшего развития нашего общества. Ни один эксперт, ни один политолог не сможет сейчас предсказать точно ход событий в стране, которые, естественно, будут влиять и на внешнеполитическую ориентацию.

Это очень серьезная проблема.

Уже сегодня мы видим, что одновременно с усилием определенных сил в информационном пространстве республики формируется негативная волна в отношении России. Недавний яркий пример – реакция на комментарии в российских СМИ относительно нашумевшего соглашения между Казахстаном и США об открытии портов Курык и Актау для транспортировки военных грузов в Афганистан.

Но! Справедливости ради нужно сказать: к сожалению, адекватного мнения со стороны российского экспертного сообщества по этому поводу так и не прозвучало. Сложилось впечатление, что эксперты – я имею в виду не участников различных политических ток-шоу вроде мистера Бома или Гойзмана, а серьезных экспертов, которые выступают на страницах известных и популярных изданий – либо не поняли сути документа, либо попросту его проигнорировали. А истерика, поднятая в СМИ по поводу якобы «открытия американских баз на берегу Каспия», не выдерживает никакой критики. Хотелось бы призвать российских коллег быть более вдумчивыми при вынесении «мнений» в публичное информационное пространство.

— Нагнетания напряженности в информационном пространстве нельзя не заметить, не говоря уже о том, какие баталии разворачиваются в социальных сетях. Вы полагаете, это не адекватное отражение реальных отношений между Казахстаном и Россией?

- Я считаю, что внешняя политика Казахстана, несмотря на некоторые тенденции, неизменно реализуется с российским акцентом. Сейчас к этому добавляется еще и китайский акцент, что обусловлено углублением экономического сотрудничества с КНР.

Но, естественно, партнерам по ЕАЭС и ШОС тоже важно понимать: для Казахстана неоспоримый приоритет интеграции – взаимовыгодные экономические отношения, которые приносят пользу нашим государствам. Чисто прагматичный подход, в котором нет ничего аморального: политика есть политика, бизнес есть бизнес.

На мой взгляд, евразийскую интеграцию в настоящее время, помимо «шероховатостей» в торгово-экономической сфере, сдерживает отсутствие эффективных инвестиционных вливаний в крупные совместные проекты. К, слову, в один из таких проектов вполне может воплотиться идея президента Казахстана Н.Назарбаева, высказанная на недавней встрече глав государств ЕАЭС в Сочи, о строительстве канала «Евразия», который соединил бы Каспийское и Черное моря.

Очень затратный и, возможно, сейчас невыполнимый проект, но это было бы замечательным примером консолидации капиталов – казахстанского, российского и, возможно, китайского, поскольку локомотивом любой интеграции, ее движущим фактором, является экономическая выгода. Не будет выгод – и сотрудничества не будет. Оно станет формальным. В этом случае ЕАЭС может постичь участь СНГ, когда, говоря образно, «пациент» еще жив, но уже не дышит.

Что касается гуманитарных и культурных связей, то они всегда были, есть и будут, потому что в России проживает большая диаспора казахов, около миллиона человек, и достаточно велик процент русского населения Казахстана. Ментальные, родственные и дружеские связи всегда будут невидимой нитью, которая связывает две страны.

- Но Украину и Россию такие «нити» связывали не в меньшей степени, чем Россию и Казахстан. Тем не менее, сегодня мы имеем то, что имеем.

- Верно. Поэтому «ставка» в развитии отношений исключительно на общие исторические корни или общую историческую память малопродуктивна. На межгосударственном уровне «духовные скрепы» должны усиливаться возможностями совместной, созидательной деятельности в экономической сфере и в гражданском секторе.

- В заключение, возвращаясь к исходной теме, удастся ли Казахстану с учетом возможной «корректировки» внешнеполитического курса устоять на принципах многовекторности в период политического транзита?

- Очевидно, что эпоха многовекторности сходит на нет. По сути это уже вчерашний день. Изменившаяся геополитическая ситуация, скажем так, «ожесточенная», которая тесно переплетается с экономической конкуренцией, не оставляют возможности Казахстану быть «Швейцарией», как это прочат некоторые эксперты-манипуляторы. Не получится. Рано или поздно выбор делать придется. Однополярный мир окончательно рухнул, США не справились с ролью мирового блюстителя, и сами тоже это понимают. Но и формирующийся миропорядок не будет двуполярным, скорее, трех-четырехполярным. И Казахстану придется как-то к этому приспосабливаться.

Я уверен в том, что ни Россия, ни Запад, ни Китай не заинтересованы в дестабилизации ситуации в республике. Не из любви к нам. А потому что здесь средоточие их крупных экономических интересов, нефтяные вышки не любят грома пушек. Если дестабилизация и произойдет, она не будет спровоцирована внешним вмешательством, как это было на Украине, она будет спровоцирована борьбой элит.

И именно поэтому крайне важен механизм транзита, который сейчас аккуратно и целенаправленно создается в Казахстане. Есть большая уверенность в том, что никаких экстраординарных событий в нашей стране не произойдет, и транзит власти будет осуществлен плавно, контролируемо и конструктивно.

Беседовала Ольга Казанцева

Информационно-аналитическая деятельность «Российско-Казахстанского экспертного IQ-клуба» осуществляется с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.

Нина Апухтина: Тема евразийства становится все более актуальной

АпухтинаНина Апухтина: Тема евразийства становится все более актуальной

В конце мая в столице Восточного Казахстана состоялось обсуждение возможностей развития межкультурного диалога на пространстве Большой Евразии. В дискуссии о взаимодействии евразийских культур в быстроменяющемся мире приняли участие ведущие эксперты, философы и историки культуры Казахстана и России. Обсуждение затронуло многие аспекты темы, включая необходимость продвижения евразийства как актуальной философско-идеологической концепции. О том, как возникла и развивалась евразийская идея и каково ее место в современном социокультурном пространстве мы беседуем с известным философом, доктором философских наук, профессором Ниной Георгиевной Апухтиной.

  • Нина Георгиевна, насколько тема евразийства, евразийской идеологии актуальна сегодня?

Действительно, тема Евразии и евразийства сегодня часто становятся своеобразной лакмусовой бумагой для того, чтобы выявить степень патриотизма, характер политических установок, политизации или аполитичности человека. Неожиданно, начиная с перестройки, проблемы евразийства вновь стали актуальными и все чаще попадают в фокус внимания всех политических сил, каждая из которых по-своему ее интерпретирует и берет на вооружение.  Таким образом, тема евразийства, его начала, канонов, философских установок становится все более актуальной.

  • Но есть мнение, что многие до конца не понимают, что такое Евразия и используют это понятие как некий модный термин

Согласна с Вами. И здесь хотелось бы напомнить, что само понятие «Евразия» возникло в конце XIX — начале XX века отнюдь не в русле евразийства как особого течения русской философии, как иногда полагают. Изначально это был географический термин. Но это не означает, что идейные позиции, лежащие в основе евразийской идеологии, не имеют богатой истории.

  • Насколько глубоко исторически можно проследить истоки евразийства?

Достаточно глубоко, у евразийства богатая предыстория. Истоки идеи можно обнаружить еще в XVI веке в церковном споре иосифлянцев и нестяжателей, а затем – в XVII веке, когда произошел церковный раскол, вызванный спором митрополита Никона и протопопа Аввакума. Эти события позднее стали основой поддержки евразийства в среде интеллигенции и заложили разные позиции по философскому вопросу о том, един или многообразен мир. Если он един, то почему многообразен; а если многообразен, то почему мы мыслим в категориях его единства? В приложении к России этот вопрос был сформулирован так: идти по собственному пути или развиваться вместе с другими странами и народами? В этом – суть спора западников и славянофилов.

Славянофилы считали, мощи России, выраженной в православии, самодержавии и общинности, достаточно, чтобы возглавить славянские народы. Эти «три кита» стали основой программы, с которой позднее, в XX веке, выступили евразийцы. В противовес им, западники были сторонниками мировых традиций и опыта. После войны 1812 года отечественная мысль пришла к выводу, что, несмотря на лидерство России в определенных областях (к примеру, в военном деле, дипломатии, политике и др.), в экономике и обыденной повседневности страна сильно проигрывает и догонять ей придется долго.

Большое значение сыграло и декабристское движение. Именно российское офицерство было носителем идеи встать вровень с Западом, причем ставка делалась на три «столпа» европейского менталитета – закон, индивидуальность и творчество. России действительно были необходимы более жесткие и целенаправленные законы, дисциплинирующие поведение людей. Законы всегда нуждаются в совершенстве, они обречены идти вслед за жизнью, а российские правовые устои XIX века отличались консервативностью, даже застойностью, что оказывало негативное влияние на общественную жизнь.

Индивидуализм в понимании западников – это личная свобода, которая может проявиться в третьем основании – творчестве. Когда человек свободен, может осуществлять свои проекты и замыслы, может осмысливать, как изменить себя и общество. В этом смысле три «столпа» западничества оказались привлекательными и в XX веке.

  • Предыстория евразийства действительно богата, но и само оно стало порождением определенных условий?

Безусловно. В конце XIX-начале XX века в России произошли радикальные изменения, и немалую роль в них сыграли войны с Турцией и Японией. Война с Японией, к примеру, акцентировала внимание на возможностях и границах России в экономической, политической, идеологической и культурной сферах. В результате вопрос о том, что есть Россия и каково ее место в мире, постепенно стал центральным. Он и вызвал к жизни евразийство.

Кроме того, не надо забывать, что евразийская концепция возникла, когда в ходе революции и гражданской войны образовался большой миграционный поток из страны интеллигенции – писателей, философов, ученых. В результате, к примеру, была фактически оголена зарождающаяся в России социология. Обиден отъезд в 1923 году в Европу, а потом и в США, чести и славы отечественной социологии Питирима Сорокина, а также целой плеяды блестящих имен – Бориса Вышеславцева, Льва Карсавина, Петра Сувчинского.

Русское зарубежье оказалось в Европе, потом в США, и евразийство стало объективной реакцией на гонения советской власти. Репрессии, красный террор, идеологический диктат связали воедино духовную сферу, которая оказалась под жестким монопольным контролем и, бесспорно, не могла дать простора для людей. А противовес этому, в условиях Запада, евразийство сложилось как идеологическое течение с предысторией и традициями.

  • Какие периоды можно выделить в развитии евразийства как философско-идеологической традиции?

Традиционно выделяют три периода. Первый датируется 1921-1925 годами. Этот начальный этап становления евразийства географически связан с Болгарией, и, в частности, с Софийским университетом. Если называть персоналии нового философско-политического направления, то упомянуть следует, прежде всего, лингвиста Николая Трубецкого, религиозного мыслителя Георгия Фроловского, лингвиста и литературоведа Романа Якобсона. Первая стадия развития новой идеологии интересна тем, что ее адепты с точки зрения общенаучной философии начали содержательно обосновывать сущность и будущее евразийства, вели активные поиски его методологической и теоретической базы.

Одна из главных работ периода – книга Николая Трубецкого «Россия и человечество», которая, к сожалению, так и не была полностью издана. Тем не менее, труд Трубецкого стал в какой-то степени программным, показав, какое место занимает Россия в мировом пространстве, какое влияние она может оказать на перспективы человечества. Книга вышла в 1920-ом году, а в следующем, 1921-м, увидел свет сборник «Исход к Востоку», который содержал большое количество идей, послуживших основанием для дискуссий, полемики и обсуждений.

Нельзя не отметить, что в 1923 году в рядах евразийства происходит первое размежевание. Из движения уходит Георгий Фроловский, который считал, что евразийство начинает превращаться в политическую идеологию. При этом все более яркую роль в становлении евразийства начинает играть, приняв участие в евразийских сборниках и дискуссиях, русский религиозный философ-экзистенциалист Николай Бердяев,.

  • И что же было потом?

Второй период развития евразийства пришелся на 1926-1929 годы. В эти годы центр движения перемещается в Париж, расширяется круг евразийцев. В ряды движения вливаются географ Владимир Арсеньев, философ-правовед Николай Алексеев, историк Георгий Вернадский, философ Александр Кожев и многие другие. Но основным теоретиком этого периода стал религиозный философ Лев Карсавин. Он ввел в научный оборот понятия «симфоническая личность» и «культурное государство», утверждая, что последнее необходимо как эталон развития страны, народа, нации. И несмотря на то, что этот термин сегодня не используется, именно такой фундаментальной культуры часто не хватает как отдельным людям, так и государствам.

Необходимо отметить, что второй период евразийства был самым продуктивным и творческим. Евразийцы издавали еженедельную газету «Евразия». Были написаны книги, признанные впоследствии программными. К примеру, в 1927 году Лев Карсавин опубликовал одну из главных своих работ – «Церковь, личность и государство».

Вместе с тем, именно во второй период в евразийстве произошло размежевание на левое и правое крыло, что, в конечном итоге, привело к распаду. Переживая постепенно углубляющийся раскол, евразийские философы, тем не менее, публиковали огромное количество материалов, изучая то, что происходило в России. Издавались сборники памфлетов, фельетонов, стихотворных юмористических зарисовок, откликавшихся на события в Стране Советов. В это же время начинается вторжение в евразийское движение сотрудников спецслужб СССР.

Евразийцы акцентировали внимание на том, что благодаря отставанию дореволюционной и послереволюционной России от Европы и специфике национальной культуры, советской власти вряд ли удастся справиться с политическими задачами. Но в СССР в это время уже действовала программа ликбеза, работали средние специальные и высшие учебные заведения. Страна занималась идеологической и воспитательной работой в армии, где молодежь получала серьезную теоретическую подготовку, что положительно сказывалось после возвращения «на гражданку».

В качестве другого обстоятельства следует упомянуть индустриализацию, которая повлекла за собой расширение образовательной сферы и, как следствие, повышения влияния на общественность. Индустриализация косвенно повлияла на развитие культуры. На строительных площадках молодой страны заботились о том, чтобы досуг людей был насыщенным. Действовал активный гастрольный график центральных театров, концертных организаций и т.д. Все это делало культуру новой России совершенно иной.

Наконец, третий момент, фактически поставивший под вопрос евразийскую идеологию – это внимание советской власти к малым национальностям, которые зачастую не имели письменности, литературы, поэзии, библиотек. Национальная культурная политика ослабила теоретические основы концепции евразийцев, постепенно подтачивая основания для их критического отношения к советской России.

  • Так начался закат евразийского движения?

Точнее сказать, начался третий период, датируемый 1930-1939 годами. Это действительно был период истощения сил движения. Именно в эти годы постепенно затухает его идейное развитие, что во многом было связано с переездом ряда теоретиков движения на американский континент, в Скандинавию, а также на север Африки. Многих евразийцев не устраивала новая нацистская идеология, которая затронула многие страны – Италию, Румынию, Болгарию…

Далее евразийство как социально-философское течение продолжает свое развитие с 70-х годов XX века, к сожалению, уже не будучи столь организованным. И здесь важно упомянуть Льва Николаевича Гумилева, который фактически заново переосмысливает отношения славянских и тюркских народов. А еще немного позднее, с 90-х годов, евразийской проблематикой стали активно заниматься историки и политологи.

  • Могли бы Вы в одной-двух фразах резюмировать насыщенную историю евразийской идеи?

Если давать историко-философскую оценку вклада в мировое наследие, можно утверждать, что в целом евразийство – это русское течение в современном варианте, которое ставит проблему единства и многообразия истории. Оно может быть совершенно специфично преломлено в случае с советским периодом развития России. Ясно, что те события, которые уже врываются с новой динамикой, в XXI веке окажутся судьбоносными для России, и только она сможет выдержать натиск крайних идеологических воззрений.

  • Насколько жизнеспособно евразийство сегодня? Какие уроки стоит извлечь из его истории?

Осмысливая этот вопрос, стоит обратить внимание на то, что мы с вами являемся свидетелями крупных преобразований, происходящих в мире. Вспомним распад социалистических систем, крушение СССР, разделение Чехословакии и многое, многое другое. Все это процессы напрямую затронули мир социализма, и конечно вопрос единства и многообразии истории остается одним из самых актуальных. Продолжим список: два Пакистана, на грани рассыпания на две страны – франкоязычную и англоязычную – Канада, есть проблемы и в глубоко монолитных странах. Поэтому это один из самых серьезных вопросов как в социальной философии, так и мировой социальной философии. При этом необходимо помнить, что своеобразие социокультурной истории России – это особый феномен, его нужно подвергать тщательному изучению и анализу. Поспешные решения в этой области серьезно затрагивают идеологические процессы и различные аспекты ментальности людей, наций, народов, континентов, регионов, конфессий.

  • И последний вопрос. Извлекая глобальные уроки, к каким выводам нас, современников, приводит история евразийства?

Результируя исследование евразийской истории, можно сформулировать ряд закономерностей. Во-первых, российское общество само по себе евразийское. Оно интегрировано не только общей территорией, но и доминирующим этническим субстратом – русскими.

Во-вторых, в российском обществе идеологической доминантой традиционно выступает православие – восточная ветвь христианства – а также природные географические факторы, которые обусловили евразийскую самобытность, состоящую в симбиозе евразийских этносов. Три варианта такого симбиоза уже реализованы – это империя чингизидов, российская империя и СССР. В них, конечно, все трансформации происходили на фоне смешанной политики деспотизма и солидарности.

Но особенно губителен для России соблазн западного либерализма. Модернизация, осуществленная в довоенный период в Советском Союзе, мировоззренческий  монополизм, существенное расхождение между реалиями общественной жизни и идеологией свидетельствовали о том, что действительно в СССР формировался новый тип тоталитаризма.

         И, наконец, евразийское движение можно считать самым разработанным вариантом русской идеи – идеи России как со-граничной страны с особой культурой, типом личности и сообщества, с особым местом развития.

  • Большое спасибо за интервью! Надеемся, что Вы вернетесь к теме евразийства в своих исследованиях!

Беседовал Сергей Бредихин

 Апухтина

Проект реализуется с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.

 

Взгляд со скепсисом: почему США не верят в ЕАЭС

IMG_1590Взгляд со скепсисом: почему США не верят в ЕАЭС

Сегодня американский политический истеблишмент смотрит на интеграционные процессы на евразийском пространстве с изрядной долей скепсиса. Причина тому – сменившийся с приходом президента Дональда Трампа идеологический взгляд на внешнюю политику США в регионе. Если предыдущая администрация действовала с позиций развития торговли и поддержки торговых объединений, то нынешняя, усиленная такими влиятельными консерваторами и неоконсерваторами, как новый госсекретарь США Майк Помпео и советник по национальной безопасности Джон Болтон, предпочитает расширять влияние, используя силу. Причем речь идет как об усилении санкций, так и о наращивании группировки войск в Афганистане.

В целом американский взгляд на ЕАЭС сильно зависит от доминирующей в Белом доме партии. Так, республиканцы крайне настороженно относятся к евразийским интеграционным проектам, считая их потенциальной альтернативой западным проектам. Для такого мнения имеются все предпосылки, особенно, если учитывать кризис экономического либерализма и тот факт, что добрая часть незабвенного Хартленда сегодня крайне недовольна идеологическими установками Запада. Россия в рамках такой парадигмы вполне в состоянии занять роль лидера новой параллельной системы, считают американские аналитики, ресурсов и опыта вполне хватит.

Более того, в перспективе объединенная Евразия будет не только контролировать 20% объема мирового производства, но и может создать новую резервную валюту, способную частично подорвать гегемонию доллара. Также существуют опасения в создании различного рода военно-оборонительных союзов, способных выступить противовесом «рыхлому» НАТО.

Ввиду перечисленных причин в республиканском стане выступают против интеграционных объединений, что ярко проявилось в период Дж. Буша-младшего и поддерживается администрацией Дональда Трампа. Доминирующие республиканские группировки, в первую очередь консерваторы, полагают, что США выгоднее контролировать ситуацию своими собственными силами через создание военных баз или наращивание контингента в критических точках региона. К примеру, аналитик Фонда Херитидж Л. Кофи открыто говорит, что афганская кампания является «самым дешевым способом» обеспечить дипломатическое, экономическое и военное присутствие Вашингтона в важнейшем регионе.

Демократы в свою очередь видят в ЕАЭС не угрозу, но возможность. В рамках «вильсонианской» политики Обамы создание крупных интеграционных объединений с западными правилами функционирования общества и торговли открывало бы рынки сбыта и комфортные условия для работы западных корпораций. Именно поэтому в период Обамы были инициированы такие масштабные проекты, как Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство (TTIP) и Тихоокеанское партнерство (TPP) в Юго-Восточной Азии. Говоря простыми словами, план американской администрации заключался в серии последовательных шагов – создание зоны свободной торговли между НАФТА и ЕС, затем объединение с TPP, и в дальнейшем – интеграция с ЕАЭС. Полученный таким образом гигантский рынок брал бы Китай «в клещи», позволяя направлять процессы мировой торговли в нужное русло.

Однако сегодня Белый дом и Конгресс заняты представителями Республиканской партии, чей президент в первый же день подписал отказ от реализации TPP. А все внимание администрации США в регионе сосредоточено на Афганистане, о чем Трамп заявил, выступая 22 августа 2017 года на военной базе Форт-Майер в Вирджинии. В рамках новой концепции в Афганистан планируется (и уже осуществляется) перебросить около 5 тыс. солдат с целью тренировки и поддержки местных войск. Страны Центральной Азии в этом контексте волнуют США больше в контексте транзита грузов и поддержки отдельных инициатив, нежели потенциальный политический или экономический противовес.

Более того, в американской экспертной среде высказывают сомнения относительно дальнейшей интеграции стран Евразии, поскольку следующий шаг – создание валютного союза – сопряжен с известными трудностями и нежеланием отдельных стран жертвовать экономическим суверенитетом.

Если же посмотреть дальше в сторону Востока, то идея сопряжения ЕАЭС и китайского проекта «Один пояс – один путь» (ОПОП) также подвергается критике, ввиду того, что подавляющая часть китайских инвестиций была сделана в химический и энергетический, а не транспортный сектор, который считается основой для сопряжения (транспортный сектор в Центральной Азии начал получать китайские инвестиции лишь в 2017 году). Плюс ко всему, не до конца понятно, какая часть миллиардных капиталовложений осуществлена в виде прямых инвестиций, а какая – кредитами, что также способно перевернуть представление о реальном положении вещей в процессе сопряжения.

Таким образом, повторюсь, американские власти крайне скептично воспринимают процесс евразийской интеграции. Причин тому несколько: нежелание видеть евразийскую интеграцию на идеологическом уровне; сомнения как в возможностях углубления интеграции в рамках ЕАЭС, так и в возможностях сопряжения с китайским ОПОП; а также сосредоточенность на проблемах Афганистана.

В целом, можно сказать, что при текущей администрации США никакой поддержки интеграционным проектам в Евразии не будет. Хорошо, если хотя бы мешать не будут…

Андрей ШЕНИН

Информационно-аналитическая деятельность «Российско-Казахстанского экспертного IQ-клуба» осуществляется с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.

Источник: iq.expert

1 2 3 4 54